«Тарас Бульба»: украинский миф против «русского мира» и польский вопрос посредине

bdfeb0ed41251c22246669602e623f69

1 aпрeля, в дeнь рoждeния Никoлaя Гoгoля, вспoмним oдну изо сaмыx извeстныx eгo пoвeстeй, кoтoрoй в прoшлoм гoду испoлнилoсь 185 лeт

У укрaинцeв eсть двa сaмыx извeстныx Тaрaсa — Тaрaс Шeвчeнкo и Тaрaс Бульбa — гeрoй oднoимeннoй пoвeсти Никoлaя Гoгoля (1809-1852). И eсли o пeрвoм ты да я знaeм пoчти всe, тo o втoрoм eсть нeмaлo тaйн, тaк жe, кaк o eгo aвтoрe, Никoлae Вaсильeвичe Гoгoлe. Нaпримeр, знaeтe ли вам, кaк «Тaрaс Бульбa» — пoвeсть oб измeнe и любви, мужeствe и сурoвoсти, прeврaтилaсь в oдну с пeрвыx aгитoк «русскoгo мирa»? A o тoм, чтo в Пoльшe бoльшe стa лeт нaзaд имeннo изо-зa «Тaрaсa Бульбы» прoxoдили aнтигoгoлeвскиe мaнифeстaции? Чтo вoзмутилo сoвeтскиx функциoнeрoв в oпeрe Никoлaя Лысeнкo «Тaрaс Бульбa»?.. И кaк рoмaн Гeнрикa Сeнкeвичa «Oгнeм и мeчoм» кaсaeтся «Тaрaсa Бульбы»?

Кaк кaзaк Тaрaс Бульбa прeврaтился в зaщитникa «русскoгo oтeчeствa»

Знaмeнитaя пoвeсть Никoлaя Гoгoля «Тaрaс Бульбa» впeрвыe увидeлa свeт в сбoрникe «Миргoрoд» в 1835 гoдa. Втoрoй рaз — в 1842 гoду, в чeтырexтoмникe, пeрвoм сoбрaнии сoчинeний писaтeля. И этo былo сущeствeннo другoe прoизвeдeниe. Eсли в пeрвoй рeдaкции Тaрaс Бульбa — рaзбoйник и aвaнтюрист, тo вo втoрoй — пoбoрник и зaщитник русскoгo прaвoслaвия и Мoскoвии. Eсли в пeрвoй рeдaкции eщe упoминaeтся «Укрaйнa» — «спoрнoe и нeрeшeннoй влaдeниe», тo ужe вo втoрoй рeдaкции вмeстo «Укрaйны» выныривaeт, кaк чeртик с тaбaкeрки, «южнaя пeрвoбытнaя Рoссия», кaзaки стaнoвятся ярыми русофилами, а Приводить в смятение Бульба говорит пафосные речи о «православной вере и царе».

Сноска первого издания 1835 лета и последующих — "доредактированных"

В первой редакции Хохдяндия в окружении трех врагов — поляков, татар и московитов, а изумительный второй — враги только лишь поляки и татары, а Русь превращается почему-так в Россию и предстает в образе милого «отечества», которое не жалея сил защищают запорожцы. Франт пише: «Картошка был упрям зверски. Это был Водан из тех характеров, которые могли показаться только в тяжелый ХV жить на полукочующем углу Европы, в некоторых случаях вся южная первобытная Третий Рим, оставленная своими князьями, была опустошена, выжжена впредь до тла неукротимыми набегами монгольских хищников…». А про какую Россию выговор, если в ту пору российское Урарту официально именовалась Московией? ..

Апофеозом имперского патриотизма стал последний спич Тараса Бульбы («Как взяли, чортовы ляхи? Думаете, вкушать что-нибудь нате свете, чего бы побоялся козак? Постойте а, придет время, перестаньте время, узнаете вам, что такое православная москвитянка вера! Уже и данное) время чуют дальние и семья народы: подымается изо русской земли нашенский царь, и не бросьте в мире силы, которая бы далеко не покорилась ему!»), которого в первом издании отнюдь не было вовсе.

Гетманщина иначе «кацапия»? Недопустимость выбора

Фактически, Никаша Гоголь создал первую, очень яркую, с лубочную, агитку «русского решетка». Какими были мотивы подобного поступка, который заставило писателя пожениться на откровенный кокетство с властью — неизвестно. Видно, он хотел выслужиться своему патрону, русскому царю Николаю I, а затем что и так безоговорочно следовал провозглашенной в 1832 году министром народного просвещения России графом Уваровым триаде о «вера, самодержавии и народности»; должно, он стремился избежать сложностей с цензурой близ издании первого тамара «Мертвых душ» — важнейшего пользу кого него произведения. Понятная вещь только то, почему метаморфозы с «Тарасом Бульбой» произошли что-то около же, как они происходили и с самим Гоголем, некоторый становился русским писателем, с каждым годом по сию пору больше удаляясь через украинской идентичности. Примем, еще в 1833 году симпатия писал в письме Михаилу Максимовичу, будущему первому ректору Киевского университета: «Хватит, в самом деле, кацапию, вот именно поезжайте в гетьманщину… Дурни ты да я, право, как заключить хорошенько. Для что-что и кому мы жертвуем во всех отношениях. Едем!» (2 ноября 1833 г.) Разрисовать, чтобы подобные строки были написаны в 1842 году, чуть (было невозможно.

Книга Эдиты Бояновской получи и распишись английском и украинком языках

Польская славистка, ислледователь российской литературы Дита Бояновска в книге «Миколай Гоголь: между украинским и российским націонализмом» (переведена в 2013 году сверху украинский) пишет: «…в «Тарасе Бульбе» в редакции 1842 возраст достигается утверждение «великой» русской нации минуя единого этнического русского (как) будто персонажа… Сие единственное прозаическое создание, в котором Гоголь делает идеологию российского национализма неотъемлемой в некоторой свое повествования и не обманывает его, во вкусе в «Мертвых душах», в простых анонсах следующих томов не то — не то скомпрометированных иронией отступлениях… Гоголевский рассейский национальный костюм пошит с украинской ткани: симпатия спрядена из этнокультурной специфики и исторической борьбы украинских казаков…»

Возврат к первоисточникам. Бульба малорусский

Повесть «Тарасий Бульба» была числом-настоящему народным произведением: перед октябрьского переворота увраж была среди лидеров равно как по числу изданий, неведомо зачем и по числу экземпляров. Возлюбленная нравилась рядовому читателю, хотя бы и вполне соответствовала концепции официальной народности, благодаря этому ее публикацию до некоторой степени спонсировало министерство народного просвещения России. Чай интересно то, что такое? украинцы фактически игнорировали гоголевский имперский нарратив, воспринимая «Бульбу» до безумия как украинскую — антиимперскую — историю. Выделывание Гоголя побудило одолевать собственное прошлое и расстегивать собственную национальную общность. «Черная Ада» Пантелеймона Кулиша была написана перед впечатлением повести Гоголя.

Первые переводы «Тараса Бульбы» получи и распишись украинский язык появились скоро после выхода увести в сборнике «Миргород». Как бы то ни было, они всегда раздражали великодержавные рецепторы российских шовинистов. Возьмем, написанная в 1893 году Михаилом Старицким парафраза в пяти действиях «Тараска Бульба» соответственно мотивам одноименной шевельнуть, сначала была запрещена цензурой. Господство увидела в ней обрисовывание духа свободного казачества времен Запорожской Сечи. (ясное, разве могло пристальным цензорам показаться, например, такое: «Прощавайте, товариство чесне! Потасовка живе славетна Україна поки… сонце…» Сие предсмертные слова запорожского казака Мосия Шила. Зато у Гоголя запор даже с перерезанным горлом хрипит: «Пес с ним же стоит для вечные времена православная Москвитинка земля и будет ей вечная безгреховность!» Почувствуйте, (как) будто говорится, разницу…

Преобразование Василя Шкляра

Водан из последних примеров, рано или поздно украинский перевод «Тараса Бульбы» вызвал всамделишный скандал — это превращение в 2003 году Василия Шкляра. Коли уж на то пошло газета «2000» выступила с разгромной критикой, а посолка РФ в Украине Витюша Черномырдин заявил, какими судьбами «Гоголь такого отнюдь не мог написать"… Старицкого в свое старинны годы тоже беспощадно критиковала таблоид «Киевлянин» — мегафон монархизма «Юго-Западного края», и громкое имя украинского театра пусть даже судился с репортером «Киевлянина» неким Александровским.

«Ой, далеко не час, не час»

«Тараска Бульба» Николая Лысенко — главная украинская пастиччо. Но судьба сего величественного музыкального произведения была драматичной. Музыкант, который много парение вынашивал замысел национальной оперы, и Водан только клавир писал почитай (что) десять лет, этак и не увидел ее получи оперной сцене. Около царизме о постановке оперы для украинском языке ажно речи не было. Лысенко предлагали опора в постановке «Тараса Бульбы» и Колян Римский-Корсаков, и Петя Чайковский, но быть одном условии — план должно быть написано получи русском языке. Лысенко наотрез отказался, а Старицкий, который-нибудь был автором изложение, поддержал композитора. Показ оперы состоялась чуть только в октябре 1924 возраст в Харькове. В Киеве «Тараса Бульбу» поставили в 1927 году. Песнь Лысенко претерпела не хуже кого минимум три редакции, сделанные в 30-х и 50-х годах. По-над музыкальной частью работали Левушка Ревуцкий и Борис Лятошинский, а надо текстовой — Максим Рыльский. Вскоре до премьеры в новой редакции 27 апреля 1937 лета, Борис Лятошинский писал в письме Рейнгольду Глиеру: «"Тараса Бульбу" я, молва Богу, уже кончил. Я боялся, фактура, что не я его, а симпатия меня "кончит". Вышло 1002 страницы партитуры! Виданное ли дело! » (19-20 госпожа 1937 года). Ровно по большому счету с Лысенко там (точно) кот наплакал что осталось. Посредь прочим, знаменитая введение к опере — лаконичная, впечатляющая, в которой беда гармонично сочетаются мужество и лиризм, и которая стала своеобразным музыкальным титулом Украины, была положительно написана Ревуцким и Лятошинским.

Советскому руководству в свой черед не понравилось и в таком случае, что нет сцены сожжения главного героя — Тараса Бульбы. «Поэтому это Лысенко оставил Бульбу живым, а безлюдный (=малолюдный) сжег его?» Напевщик и действительно не захотел «предавать огню» первого национального оперного героя. Возлюбленный завершил оперу героической сценой взятия Дубно. И Тарасий, и Остап у Лысенко остаются живы. Погибает в какие-нибудь полгода Андрей. Фактически сие был хеппи-энд. Советские бонзы приказали скопировать концовку. Поэтому последнее деяние завершалась трагической гибелью Тараса и отступлением — поражением казаков, которые поют: «Ой далеко не час, не отрезок времени».

В ролях Тараса Бульбы и Остапа — Ишута Гмыря и Дмитрий Гнатюк

В 1940 году Александру Довженко малограмотный позволили снимать согласно собственному сценарию «Тараса Бульбу», в таком разе как в том а 1940-м, российский песенник Василий Соловьев-Седоголовый написал балет «Приводить в смятение Бульба». И сие несмотря на в таком случае, что автор стойком говорит, что «…Картошка был чрезвычайно тяжел» и весил 20 пудов, а 20 российских пудов — сие больше 320 кг!

Заведомо также, что Франт хотел назвать своего главного героя отнюдь не Бульбой, а Кульбабой, только передумал.

«Тараска Бульба» в Королевстве Польском

Уписывать еще одна интересная случай, связанная с «Тарасом Бульбой». Каста повесть вызвала огромное повстание поляков и была воспринята ими до невероятия как инструмент имперского шовинизма. В 1850 году ее перевел польской Петяй Гловацкий (псевдоним Федорович), а поляки отказывались издава и читать произведение, которое восприняли якобы антипольское. Польские критики называли история Гоголя «фарсом, далеким через исторической правды». Их возмутило показ Гоголем поляков вроде чрезвычайно, почти болезненно жестоких людей, способных в любые зверства; возмутились они и тем, сиречь Гоголь изобразил польку-шляхтянку: «раскрасавица была ветрена, якобы полячка»…

Архиепископ Земледелец (Григорий Осипович Конисский) и его "Инцидент русов"

Несомненно, что Гоголь, эпизодически писал «Бульбу», опирался получай «Историю русов» Григория Конисского, только, как заметил Пантелеймон Кулиш, вернее не на прообраз, а на подделки (списки), которых в ту пору было немало. Не что иное в них можно было продекламировать о том, «словно шляхтичи в медных быках сжигали казаков али как ксендзы запрягали в телеги украинских женщин, и некоторые люди байки, от которых убиение в жилах коченеет».

Ступень за ступенью украинец Гоголь стал вторым согласно значимости — после Пушкина — официальным великорусским писателем. Российская царская сила всячески популяризирует творческий процесс Гоголя, задействуя по сию пору имеющиеся тогда рекламные аппаратура — открытки, портреты, массовые издания в мягких обложках и т.п. Ещё того, насаждая русификаторскую и ассимилятивные политику сверху территории Королевства Польского, «Тараса Бульбу» включили в учебную программу польских гимназий — польские ребятишки вынуждены были разбирать (руку) повесть на русском. Сие вызвало огромное проводимость польского юношества. Учителям давали прозвища «Тревожить Бульба», а молодые даже выходила получай антигоголевские манифестации, кайфовый время которых рвала портреты писателя. Царский режим, продвигая идею «русского решетка», в 1902 году, решил с помпой назвать 50-ю годовщину со дня смерти Николая Гоголя, а поляки бойкотировали правительственные мероприятия. Сие было для них настоящим вызовом и безобразием, все ж таки чтить память Мицкевича и Юлиуша Словацкого держи официальном уровне запрещалось.

К слову, Франт хорошо знал полонез язык, был наслышан и с Мицкевичем — не в один из дней встречался с ним из-за границей, так а, как и с другими поляками, которых за подавления Ноябрьского восстания 1831 годы находилось там не кот наплакал. Семья Гоголя числом материнской линии имела польские истоки, а предки по отцовской абрис получили шляхетский индигенат за борьбу сравнительно с чем московитов. Однако впоследствии переезда в Петербург польскую п своей фамилии — Яновский — Утка отбросил и о польской ветви предпочитал никак не упоминать.

Фильм "Приводить в смятение Бульба" в Польше

Самый «Тарас Картошка» побудил Генрика Сенкевича к написанию романа «Огнем и мечом» (1884), кто стал своеобразным ответом получи унизительный для национальных чувств внешность поляков в повести Гоголя. «Огнем и мечом» был ведь запрещен в Украине и воспринят приближённо так же, точь в точь и «Тарас Картошка» в Польше. Позволяется вспомнить полную горечи фразу Богдана Лепкого о томище, что «…Ото Богдана и от Яремы легли посреди нас большие черные тени». Впоследств появления «Огнем и мечом» польские и украинские детишки, ученики Бережанской гимназии, смотрели кореш на друга сделано другими глазами, а общество юношеской дружбы разбился до положения риз… «Огнем и мечом» с польского возьми украинский не переводился паче ста лет. И исключительно в прошлом году вышло полное словать «Трилогии» («Огнем и мечом», «Разлив» и «Фавн Володыевский») Генрика Сенкевича, кое-что стало заметным событием в культурной жизни Украины.

«Тараса Бульбу» приставки не- издавали в Польше прежде нынешнего века. Словно отмечают польские историки Гжегош Пшебинда и Милость Божия Тазбир (и не только лишь они), повесть Гоголя в многом о том, «подобно ((тому) как) гетманско-крестьянская Хохляндия воюет с шляхетской Польшей, а выгоду ото того имеет царская Русь».

Наш Франт

Писатель уровня Николая Гоголя итак за рамки совсем как национального. Он — зазнайка мирового масштаба. И прикидка «присвоить» его, похожа видимо получи то, как в «Ночи до Рождеством» нечистая Силка хотела похитить и взять луну: та шабаш равно ускользнула. Ее судьба — светить всем… Скажем же и с Гоголем. Возлюбленный — ничей, и одновременно каждого и «отечественный». Его произведения, в книга числе и «Тарасий Бульба», вызывали и будут пробуждать противоречивую критику и спрашивать нового прочтения, переосмысления и новых интерпретаций. Ввиду этого «битва вслед за Гоголя» бросьте продолжаться.

Рисунок Шевченка

В письме Варваре Репниной с 7 марта 1850 лета из Оренбурга Тревожить Шевченко писал: «Я денно и нощно читал Гоголя с наслаждением (…) Пизда Гоголем нужно смотреть снизу вверх как перед человеком, одаренным глубочайшим умом и нежнейшей любовью к людям! (…) … свой Гоголь — истинный ясновидец сердца человеческого».

А Георгий Шорох (Шевелев) утверждал, что же «…пленительно ясно: источник нашей прозы – Франт».

Светлана Шевцова, Куар

Both comments and pings are currently closed.

Comments are closed.